In lieu of an abstract, here is a brief excerpt of the content:

Reviewed by:
  • Democrats, Authoritarians and the Bologna Process: Universities in Germany, Russia, England and Wales by Judith Marquand
  • Лариса Дериглазова (bio)
Judith Marquand, Democrats, Authoritarians and the Bologna Process: Universities in Germany, Russia, England and Wales (Bingley, UK: Emerald Publishing Limited, 2018). 232 pp. ISBN: 978-1-78743-466-0.*

Книга почетного профессора университета Кардиффа (Великобритания) Джудит Маркванд рассматривает реформу высшей школы, которая состоялась в начале первого десятилетия XXI века в Европе в рамках Болонского процесса. Маркванд считает, что это была добровольная трансформация системы европейского образования в условиях глобализации, преследующая интересы "заказчиков". Она подчеркивает, что процесс гармонизации национальных систем высшего образования 48 стран был достигнут в исключительно короткие сроки, и что этот период может оцениваться в будущем как настоящая революция, "золотой век" высшего образования Европы и даже формирование "Нового мирового порядка" (P. 3). Автор называет две основные проблемы, на решение которых был направлен Болонский [End Page 343] процесс: 1) резкий рост числа студентов и разнообразия их требований к системе подготовки и содержанию обучения и 2) поиск дополнительных средств на развитие и модернизацию высшего образования в условиях глобализации. Таким образом, Болонский процесс представлен в книге как "либерально-демократический проект с социальнодемократическими оттенками" (P. 11). Либеральные установки были обусловлены требованиями работодателей и самих обучающихся в условиях роста конкуренции на глобальном рынке высшего образования. "Социал-демократические оттенки" относятся к стремлению создать европейскую региональную систему высшего образования, которая была бы открыта для всех ее участников и учитывала бы позицию университетов, а также развивала бы концепцию "образования в течение всей жизни", в соответствии с изменяющимся характером занятости в постиндустриальных обществах.

Книга представляет особый интерес для российского читателя по нескольким причинам. Вопервых, Россия присоединилась к Болонскому процессу в 2003 г. и к 2010 г. выполнила формальные критерии для вхождения в Европейское пространство высшего образования (ЕПВО). Участие России в Болонском процессе сделало ее частью достаточно гармонизированного пространства высшего образования, создав возможности для международной мобильности российских и европейских студентов, аспирантов и преподавателей. ЕПВО–это также возможность для России принимать участие в регулировании высшего образования вместе с другими европейскими странами, что подтверждает "европейский выбор" России на высоком политическом уровне, несмотря на глубокий кризис в отношениях с ЕС. Исследования показывают, что почти единственной сферой активного сотрудничества стран ЕС и России остается сфера науки и высшего образования.1

Вторая причина, по которой данная книга может быть интересна российскому читателю,–то, что Болонский процесс до сих пор вызывает горячие споры по поводу целесообразности участия в нем России и необходимости связанных с ним реформ высшей и средней школы. Форма и содержание этих реформ вызывали и продолжают вызывать острые разногласия относительно того, [End Page 344] являются ли они благом или приводят к разрушению российской высшей школы и негативно сказались на средней школе. В России большая часть образовательных программ была переведена на двухуровневую систему–бакалавриат и магистратура. Был изменен порядок поступления в вузы и перехода с первой ступени высшего образования (бакалавриат) на вторую (магистратура), что фактически привело к исчезновению вступительных экзаменов и заставило изменить порядок проведения выпускных экзаменов в средней школе. Кроме того, это создало новую ситуацию мобильности выпускников школ и вузов из регионов, в рамках которой они могут одновременно подавать документы в различные университеты, включая столичные, для прохождения конкурсного отбора.

Российскому читателю будет интересно узнать, что споры по поводу Болонского процесса были достаточно острыми и во многих европейских странах. Например, в Англии (как части Великобритании) сохраняется негативное отношение к Болонской системе. Ее критики, подобно критикам в России, настаивают либо на ненужности этих преобразований (так как традиционная система образования и так хорошо работает и отвечает целям реформ), либо на неприменимости Болонской системы в принципе к национальной системе образования. Как иронично отмечает автор, только в Англии можно услышать (причем от руководителя одного из колледжей университета Оксфорда) реплику в отношении Болонского процесса: "Что это?" (P. 35). В то же время университеты Шотландии активно включены в ЕПВО. Таким образом, книга помогает преодолеть упрощенное представление о Болонском процессе как линейном и повсеместно положительно принятом в странах Европы.

Кроме того, в России распространено предоставление о том, что присоединение страны к Болонскому процессу было решением, навязанным извне. На самом деле, решение о присоединении России к Болонскому процессу было принято на самом высоком политическом уровне и преследовало несколько прагматических целей: реформировать и модернизировать российское образование через интеграцию в европейское высшее образование; получить доступ к европейским источникам финансирования реформ через гранты Европейского союза и отдельных европейских стран; выйти на европейский рынок высшего образования, предлагая возможности европейским студентам и преподавателям приезжать в российские университеты [End Page 345] (Pp. 101-103). Можно утверждать, что все эти прагматические цели были в какой-то степени реализованы. Несмотря на асимметрию академической мобильности между европейскими университетами и Россией, согласно последнему отчету ЕПВО, Россия входит в четверку стран с самым высоким уровнем "исходящей" и "входящей" студенческой мобильности, вслед за Великобританией, Германией и Италией.2 Массовая студенческая мобильность вряд ли была бы возможна при сохранении изолированной национальной системы высшего образования в России. В пользу решения России присоединиться к Болонскому процессу говорит и продолжение масштабных федеральных проектов по интернационализации высшего образования, и два новых проекта по экспорту российского образования и поддержке международной академической мобильности, заявленные в конце 2018 г. Это означает, что было бы ошибкой рассматривать Россию как "жертву" Болонского процесса, навязанного ей "извне".

Проблема реализации Болонского процесса в России заключается в другом. В отличие от европейских стран, где этот процесс был во многом инициирован университетами, в России это проект реализовывался на государственном уровне, с минимальным учетом интересов и мнений университетов и крайне ограниченной возможностью университетов принимать участие в определении содержания реформ. О том, что Болонский процесс в России–это технократический проект, спущенный сверху вниз и жестко администрируемый государственным аппаратом, пишут некоторые российские исследователи,3 но чаще российское университетское сообщество просто дружно ругает "болонку". И это еще одна причина для внимательного прочтения книги Джудит Маркванд. Книга помещает привычную, казалось бы, дискуссию о реформе высшего образования в рамках Болонского процесса в контекст разговора о демократии и авторитаризме. Автор не только коротко определяет ключевые [End Page 346] понятия своего исследования–включая "демократию" и "авторитаризм", но и обсуждает проблему популизма. В частности, Маркванд видит параллели между популистскими и технократическими подходами к решению проблем в том, что и те, и другие всегда видят только одно единственное возможное решение (P. 10). Учитывая нескончаемые и зачастую ожесточенные споры в России по поводу положения страны в политических координатах демократии и авторитаризма, такая постановка проблемы должна вызвать по меньшей мере интерес. Так что название книги "Демократы, сторонники авторитаризма и Болонский процесс" не является лишь маркетинговым приемом, эксплуатирующим политическую риторику.

Понятия демократии и авторитаризма Маркванд использует для анализа самого процесса реформирования образования: для понимания того, кто и как определял содержание реформ, инициировал и проводил их. Методологически ее исследование относится к области изучения "управления" (public administration). Конкретнее, Маркванд опирается на теорию управления организациями, разработанную Кристофером Худом (Christopher Hood), и выделяет четыре управленческие модели: фаталистскую, иерархи ческую, эгалитарную и индивидуалистскую (P. 7). Каждая из этих моделей по-разному определяет отношения внутри организаций через ключевое понятие "доверия" (trust). Автор применяет эту методологию к изучению реализации Болонского процесса в Германии, России, Уэльсе и Англии, и каждый кейс выступает в качестве иллюстрации одной из четырех управленческих моделей.

Книга обсуждает важнейшую и не решенную в России (как, впрочем, и в странах Европы) проблему: чем же является высшее образование в развитых современных обществах–услугой в рыночной экономике, за которую нужно платить и которая должна отвечать запросам плательщика, или общественным благом (public good), призванным сгладить социальные контрасты, предоставить возможности развития и "социальные лифты" всем гражданам? Если высшее образование–это общественное благо, то общество и государство должны решать вопросы справедливости, равенства и доступности высшего образования для всех. Если высшее образование–это услуга, то заказчики в лице учащихся, их родителей и бизнеса, с одной стороны, и университеты, как поставщики услуг, с другой, должны договариваться о цене, содержании и качестве предоставляемых услуг. Государству [End Page 347] же должна оставаться роль арбитра выполнения взаимных обязательств сторонами и соответствия образования национальным интересам.

Эти дискуссии о содержании образования и о том, кто должен нести расходы на высшее образование, продолжаются в России с 1990-х гг. на уровне политического класса, общественного мнения, преподавателей и администраторов высшей школы. Согласно официальной статистике, сейчас в России расходы на высшее образование почти поровну делят бюджеты разного уровня (федерального и местного) и получатели образования, точнее–родители тех, кто получает высшее образование. Проблема доступности высшего образования актуализирует идеологический выбор между либеральной экономикой и социал-демократическими обязательствами, остро стоящий перед российской экономикой, обществом и государством. Конституция России постулирует социальный характер государства, однако экономический либерализм остается важнейшим инструментом поддержания конкурентоспособности российской экономики. Читатель книги найдет интересные данные о том, как отчитывалась Россия о выполнении требований Болонского процесса и как на деле происходило принятие решений о выполнении этих требований.

Особенность рецензируемой книги заключается в том, что она не является сугубо теоретическим исследованием. Она опирается на осмысление опыта многолетней работы автора в правительстве Великобритании, в системе высшего образования страны, а также тесного сотрудничества по реализации проектов реформы высшего образования с университетами России на протяжении 15 лет. Великобритания, которую представляет Маркванд, прошла путь от бесплатного высшего образования к введению платы в 1997 г., которая с тех пор дважды увеличивалась, причем многократно–каждый раз на 200%! В итоге за короткий срок Великобритания пришла от бесплатного высшего образования к уровню оплаты в почти 9 тыс. фунтов в год (или около 11 тыс. евро). Введение платы за высшее образование приводило к массовым выступлениям молодежи и представителей вузов. Однако плата не была отменена, и количество студентов, включая студентов-иностранцев, в Великобритании не уменьшилось, а университеты получили дополнительные финансовые ресурсы для развития, включая расходы на исследования. Великобритания–это пример либерального подхода к решению проблем высшего образования, [End Page 348] но это не значит, что этот подход полностью поддерживается и одобряется британским обществом или университетами.

Книга опирается не только на исследования, официальные документы, но также и на интервью с людьми, вовлеченными в реформы высшего образования в изучаемых странах, которые проводила автор книги. Это рефлексия профессионального управленца по поводу масштабных преобразований в системе высшего образования европейских стран, основанная на участии автора в этих процессах как правительственного экономиста, европейского эксперта, работавшего с участниками реформ всех уровней–от студентов и преподавателей до деканов и ректоров университетов, представителей местных и региональных администраций, министерств разных правительств и наднациональных европейских институтов. Книга написана человеком, неравнодушным к вопросам социальной ответственности и будущего высшего образования в современном мире.

Небольшое по объему исследование хорошо структурировано, оно предлагает плотный и четкий анализ в соответствии с поставленными целями и заявленной методологией. Первые три главы определяют мотивацию, логику и методологию исследования. Каждая последующая глава посвящена определенному национальному кейсу и организована по общей схеме: сначала рассматривается контекст, предшествующий присоединению страны к Болонскому процессу, мотивация вступления в него, затем–особенности и проблемы реализации на практике. В конце главы Маркванд приводит выводы в виде "заключительных мыслей" об уроках реализации Болонского процесса в данной стране. Обобщая результаты своего исследования на уровне культурных символов, автор использует образы из басни Эзопа о черепахе и зайце. Черепахе уподоблена Германия, которая медленно, но верно движется к цели, а зайцу–Великобритания, которая, несмотря на передовой опыт либерального регулирования высшего образования, столкнулась с сокращением уровня высшего образования среди самих британцев и невысоким уровнем участия британских студентов в международной мобильности в рамках ЕПВО (Рp. 160-161). В связи с Россией используется метафора "потемкинской деревни", а Уэльс характеризуется как "просыпающийся красный дракон". Завершает книгу глава, обсуждающая представленный эмпирический материал и предлагающая окончательные выводы. [End Page 349] Возможно, автора книги можно упрекнуть в излишне оптимистическом отношении к самой идее Болонского процесса, но никак не в наивности или поверхностном подходе. Это одна из редких публикаций на тему Болонского процесса, опирающаяся на четкую методологию и содержащая оригинальный анализ происходящих реформ в разных странах. Можно спорить по поводу избранной автором методологии, выбора кейсов для сравнения или выводов исследования, но это никак не ставит под сомнение качество проведенного автором анализа и обоснованность сделанных на основе собранного эмпирического материала оценок. Что самое важное, книга является содержательной и заставляет поновому взглянуть на, казалось бы, избитую и понятную для российской высшей школы проблему, по-новому оценить возможности, предоставляемые реформами образования, и вызовы, с которыми сталкивается российская высшая школа. [End Page 350]

Лариса Дериглазова

Лариса ДЕРИГЛАЗОВА, д.и.н., профессор, кафедра мировой политики, Томский государственный университет, Томск, Россия. dlarisa@inbox.ru

Footnotes

* Работа написана в рамках научного проекта (№ 8.1.27.2018), выполненного при поддержке Программы повышения конкурентоспособности ТГУ.

1. См. Larisa Deriglazova and Sirke Mäkinen. Still Looking for a Partnership? EU-Russia Cooperation in the Field of Higher Education // Journal of Contemporary European Studies. 2019. Vol. 27. No. 2. Pp. 184-195.

2. The European Higher Education Area in 2018: Bologna Process Implementation Report. Luxembourg, 2018. Рp. 255-256.

3. См., например, Ю. С. Эзрох. Болонская система высшего образования в России: мифы и реальность // ЭКО. Всероссийский экономический журнал. 2016. № 2. C. 172-185; Д. В. Николаев, Д. В. Суслова. Россия в Болонском процессе // Вопросы образования. 2010. № 1. С. 1-17; С. С. Ширин. Россия, Европейский союз и Болонский процесс // Отношения России и Европейского союза. Санкт-Петербург, 2012. С. 308-329.

...

pdf

Additional Information

ISSN
2164-9731
Print ISSN
2166-4072
Pages
pp. 343-350
Launched on MUSE
2019-12-17
Open Access
No
Back To Top

This website uses cookies to ensure you get the best experience on our website. Without cookies your experience may not be seamless.