Project MUSE®: Ab Imperio - Latest Articles
https://muse.jhu.edu/journal/573
Project MUSE®: Latest articles in Ab Imperio.daily12026-05-15T00:00:00-05:00text/htmlen-US2000, no. 1 through current issueLatest Articles: Ab ImperioTWOProject MUSE®Ab Imperio2164-97312166-4072Latest articles in Ab Imperio. Feed provided by Project MUSE®От редакции: Преодоление туннельного видения методологического национализма
https://muse.jhu.edu/article/985574
<p></p>
Ограниченное – "туннельное" – видение является фундаментальной характеристикой методологического национализма как точки зрения, настаивающей на однородности социальных групп и телеологии их исторических траекторий. Корейский историк Джи-Хён Лим полагает, что туннельное мышление не предшествует национализму как политической идеологии и эпистеме, а используется им как инструмент для поддержания мифа о нативистской легитимности нации:Наиболее распространенное заблуждение относительно национализма заключается в том, что он является национальным по своей природе. В действительности же национализм всегда был транснациональным. … Как только мы отходим от туннельного видения методологического национализма, становится более
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallОт редакции: Преодоление туннельного видения методологического национализма2026-03-20text/htmlen-USОт редакции: Преодоление туннельного видения методологического национализма2026-03-202026TWOProject MUSE®315222026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20From the Editors: Getting Out of Methodological Nationalism's Tunnel Vision
https://muse.jhu.edu/article/985575
<p></p>
Tunnel vision is a defining trait of methodological nationalism, a perspective that insists on the homogeneity of social groups and the teleology of their historical trajectories. The Korean historian Jie-Hyun Lim argues that tunnel vision does not precede nationalism – as a political ideology and an episteme – but "follows" it as a device employed by nationalism to sustain the myth of a nation's nativist legitimacy:The most common misunderstanding about nationalism is that it is, by nature, national. In reality, nationalism has been transnational. … Once we broke away from the tunnel vision of methodological nationalism, the transnational and global nature of nationalism appeared more pronounced. The widespread
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallFrom the Editors: Getting Out of Methodological Nationalism's Tunnel Vision2026-03-20text/htmlen-USFrom the Editors: Getting Out of Methodological Nationalism's Tunnel Vision2026-03-202026TWOProject MUSE®171432026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Русский язык в Казахстане как история и идентичность
https://muse.jhu.edu/article/985576
<p></p>
Русский язык играет значимую роль в Казахстане и для многих этнически нерусских людей стал своего рода "вторым родным языком". В то же время он воспринимается как язык северного соседа-гегемона. Эта ситуация является результатом различных социально-политических и культурных процессов на территории Казахстана. Казахстан, как страна с колониальным прошлым, имеет сложный и многослойный опыт взаимодействия с русским языком, который выступал не только средством коммуникации, но и мощным инструментом идеологии. Сегодня этот опыт проявляется в амбивалентном отношении к русскому языку: он одновременно является средством коммуникации и болезненным напоминанием культурного подавления казахского.Русский язык (каз. орыс тілі)
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallРусский язык в Казахстане как история и идентичность2026-03-20text/htmlen-USРусский язык в Казахстане как история и идентичность2026-03-202026TWOProject MUSE®423632026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Апология "грязного" языка (лингвополитическая фантазия)
https://muse.jhu.edu/article/985577
<p></p>
Три года назад мой восьмилетний сын принес домой новое слово – "кабанка". За этим означающим скрывалась отнюдь не самка кабана, как можно было бы подумать. Он заканчивал свой первый год в "классе языковой интеграции", с которого в Квебеке начинается социальная адаптация большинства детей иммигрантов. В этих классах интенсивно изучают французский язык, из которого и возник неологизм. "Кабанка" – это русифицированная версия слова cabane ("хижина"), а точнее – словосочетания cabane à sucre. Так квебекуа называют хижины в лесу, в которых они вываривают кленовый сироп. Элемент квебекской культуры получил адекватную форму в русской речи. Согласитесь, "кабанка", пусть она и сбивает с толку, звучит милее, чем
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallАпология "грязного" языка (лингвополитическая фантазия)2026-03-20text/htmlen-USАпология "грязного" языка (лингвополитическая фантазия)2026-03-202026TWOProject MUSE®398462026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Kyivan Ausgleich? Ukrainian Autonomy Agreement in June–July 1917 as a Regional Compromise
https://muse.jhu.edu/article/985579
<p></p>
On June 30, 1917, in Kyiv, three ministers of the All-Russian Provisional Government sat together with the leaders of the Ukrainian Central Council (Ukrains'ka Tsentral'na Rada), an organization of local Ukrainian activists, to discuss the future relation between Ukraine and the now democratic Russia. After negotiations, both sides reached an agreement on de facto territorial autonomy for Ukraine, designating the General Secretariat (Heneral'nyi sekretariat) – the executive organ of the Central Rada – as a temporary administrative body in the region (the agreement was officially published on July 3).1 However, the ministers' Kyiv trip did not end there. Immediately after concluding negotiations with the Rada, they
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallKyivan Ausgleich? Ukrainian Autonomy Agreement in June–July 1917 as a Regional Compromise2026-03-20text/htmlen-USKyivan Ausgleich? Ukrainian Autonomy Agreement in June–July 1917 as a Regional Compromise2026-03-202026TWOProject MUSE®1288162026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20The Camp-City and Vedomstvennost': Exploring a New "Interpretive Scheme" for Soviet History
https://muse.jhu.edu/article/985580
<p></p>
In Sovetskaia Vedomstvennost', Igor Stas' and his fellow contributors offer a novel interpretive framework for thinking about Soviet history.1 In the introduction, Stas' makes a bold claim: vedomstvennost' (or departmentalism) is not simply something for scholars to study. Rather, he suggests that it is nothing less than a new "interpretive scheme" for understanding Soviet state and society. The "departmental approach," he argues, is an "interpretive optic" that can unlock new insights into the lived experiences of Soviet citizens and their interactions with the state (P. 11). Stas' is not only suggesting that scholars ought to pay attention when they encounter the word and its variants in their sources, but that
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallThe Camp-City and Vedomstvennost': Exploring a New "Interpretive Scheme" for Soviet History2026-03-20text/htmlen-USThe Camp-City and Vedomstvennost': Exploring a New "Interpretive Scheme" for Soviet History2026-03-202026TWOProject MUSE®225492026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20A Promising Approach to the USSR's "Non-Prospective" Cities
https://muse.jhu.edu/article/985581
<p></p>
Translating the book's key terms – vedomstvo and vedomstvennost' – immediately reveals the analytical challenge the authors set themselves.1 Derived from the verb vedat' ("to know, to exercise authority"), vedomstvo in imperial and Soviet usage denoted not simply a ministry but a jurisdiction or sphere of administrative competence. Its Soviet-era derivative vedomstvennost' refers less to "departmentalism" or "ministerialism" than to the lived practice – and frequent criticism – of loyalty to one's own administrative vertical. English equivalents such as "departmentalism," "ministerial siloing," or "bureaucratic sectoralism" catch only fragments of this meaning; some imply pathology, others merely describe an
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallA Promising Approach to the USSR's "Non-Prospective" Cities2026-03-20text/htmlen-USA Promising Approach to the USSR's "Non-Prospective" Cities2026-03-202026TWOProject MUSE®247302026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Ведомственность в советском политическом процессе: новые контексты историографического возврата
https://muse.jhu.edu/article/985582
<p></p>
Заметное присутствие ведомственности как совокупности структур, практик управления и социального разделения наблюдается в любой стране и политической системе. Советский случай можно считать особенно показательным, поскольку абсолютное преобладание государства, его политики и собственности было основой этой модели социального эксперимента. Политические и административные ведомства, как бы они ни назывались, в советской системе абсолютно преобладали. Негосударственные структуры и самодеятельность существовали в тени, заполняя ниши и разрывы, порожденные неэффективностью государства.Осознавая важность проблемы советской ведомственности, представители различных социальных наук уже многие десятилетия изучают это
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallВедомственность в советском политическом процессе: новые контексты историографического возврата2026-03-20text/htmlen-USВедомственность в советском политическом процессе: новые контексты историографического возврата2026-03-202026TWOProject MUSE®808692026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Я ведаю так, что и вам придется
https://muse.jhu.edu/article/985583
<p></p>
"'Ведомство' происходит от слова 'ведать'", а "ведать" означает не только "знать", но и "управлять", – поясняет редактор монографии "Советская ведомственность" Игорь Стась, отсылая читателя к словарям Брокгауза и Ефрона и Даля.1 Увязывая власть и знания, он провозглашает ведомственный подход фуколдианским по духу. Советские ведомства в рамках этого подхода представляют собой центры власти, наделенные определенными компетенциями и способные к реализации собственных интересов – либо таковыми их воспринимают граждане. Ведомственность в понимании авторов монографии – это "определенная первостепенность идентификации с предприятием или министерской вертикалью, проявляющейся в коммуникациях с другими субъектами" (С. 12)
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallЯ ведаю так, что и вам придется2026-03-20text/htmlen-USЯ ведаю так, что и вам придется2026-03-202026TWOProject MUSE®413832026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20В поисках "соцгорода здорового человека" и альтернатив ведомственности
https://muse.jhu.edu/article/985584
<p></p>
В этом эссе-рецензии на коллективную монографию "Советская ведомственность" под редакцией Игоря Стася мы задаемся вопросом о том, что концепция "ведомственности" может дать истории советской архитектуры, и наоборот.1 На материале архитектурной истории Москвы 1917–1941 гг. мы попробуем проверить, насколько продуктивны подходы, предложенные в сборнике авторами, и какие методологические ограничения могут потребовать проработки в последующих исследованиях в этом направлении. Несмотря на явный интерес к междисциплинарности, исследования советской архитектуры 1920–1930-х гг. пока еще в значительной степени ориентируются на стилистическую проблематику, используя искусствоведческую и биографическую оптику. Взгляд через
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallВ поисках "соцгорода здорового человека" и альтернатив ведомственности2026-03-20text/htmlen-USВ поисках "соцгорода здорового человека" и альтернатив ведомственности2026-03-202026TWOProject MUSE®776932026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Ключ и двери ведомственности
https://muse.jhu.edu/article/985585
<p></p>
В начале 1930-х годов раннесоветские гуманитарии любили настаивать на том, что для подлинно научного – т. е. марксистского – исследования традиционный путь методологической "раздробленности" и "расхлябанности", столь типичный для буржуазных ученых-гуманитариев, – это очевидный путь в никуда. На смену буржуазному "эклектизму" с его "разнобоем, недоговоренностью, незаконченностью" должна была прийти системная методологическая стройность. Общим принципом этой "стройности" являлось требование "единства метода и предмета исследования".1 Например, Иван Маца (János Mácza), один из наиболее активных искусствоведов того времени, подчеркивал в 1930 г., что подобное требование (методологического) единства – это не прихоть
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallКлюч и двери ведомственности2026-03-20text/htmlen-USКлюч и двери ведомственности2026-03-202026TWOProject MUSE®344452026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Soviet Departmentalism: Its Ideology and Departments
https://muse.jhu.edu/article/985586
<p></p>
When I agreed to discuss the collective monograph on Soviet "departmentalism," I had not yet seen the text.1 I assumed the book would address the Soviet bureaucracy – both its central bodies and its lower-level apparatus coordinated from the center. Thus understood, the bureaucracy and its exclusive corporate ("departmental") interests are indeed a little-studied phenomenon. One might assume that by "departmentalism," the authors are referring to the internal relationships within "departments" in the sense of large administrative structures, where various components pursue their own distinct interests. Together, these agencies formed a departmental system that functioned as a distinctive microcosm within Soviet
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallSoviet Departmentalism: Its Ideology and Departments2026-03-20text/htmlen-USSoviet Departmentalism: Its Ideology and Departments2026-03-202026TWOProject MUSE®534622026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Ведомственной подход в изучении советского
https://muse.jhu.edu/article/985587
<p></p>
Выход коллективной монографии "Советская ведомственность" дался ее редактору и авторам непросто.1 На ее публичной презентации в Перми известный российский историк Галина Янковская даже шутливо назвала книгу "загадочным событием", инициировавшим разговор на тему, понятную только самим авторам. В шутке Янковской есть доля правды, поскольку именно "непонимание" феномена советской ведомственности стимулировало нашу исследовательскую работу над книгой. Ведомственный подход, который мы предложили в качестве важной теоретической рамки осмысления советской истории, впервые широко обсуждался на конференции "Ведомственность в истории СССР", прошедшей в Тюмени 15–16 апреля 2022 г. Будущие соавторы тогда много спорили о
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallВедомственной подход в изучении советского2026-03-20text/htmlen-USВедомственной подход в изучении советского2026-03-202026TWOProject MUSE®925702026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Державный мем: призрак Росса в политической историософии Фридриха Энгельса
https://muse.jhu.edu/article/985588
<p></p>
20 апреля 1852 г. Энгельс сообщает Марксу, что к нему приехал Пиндар. "Желая доказать ему свое хорошее расположение, – присовокупляет Энгельс, – я стал брать у него уроки русского языка".Я. Ю. Эйдук. Маркс – Энгельс о Пушкине и русской литературе (1937).1История литературных цитат-мемов относительно недавно была осмыслена исследователями как важная проблема герменевтики культуры.3 Реконструкция такой истории часто выстраивается как череда рифмующихся контекстов, которые соединяют разные политические круги, периоды и национальные традиции в одну идеологическую "строфу", представляющую динамическое разворачивание приписанного данному тексту "вечного" (архетипического) конфликта.В этой работе мы обратимся к
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallДержавный мем: призрак Росса в политической историософии Фридриха Энгельса2026-03-20text/htmlen-USДержавный мем: призрак Росса в политической историософии Фридриха Энгельса2026-03-202026TWOProject MUSE®1522712026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Muslim Reformers and the Bolsheviks: The Case of Daghestan by Naira E. Sahakyan (review)
https://muse.jhu.edu/article/985589
<p></p>
From the opening page, Naira Sahakyan defines her study's scope: "This is the story of the competitive survival that the Daghestani scholars of Islam waged for the implementation of their visions of Daghestan's future" (P. 1). The author's focus is less on the Bolshevik-centered story of revolution and more on how the Dagestani ulama ('ulamā', scholars of Islam) negotiated authority, identity, and political imagination in postimperial Dagestan. Covering the period from the turmoil of the 1917 revolution to the first Stalinist repressions against the ulama in 1929, the book tracks the historical process through the stages marked by the collapse of central authority, the struggle between Whites and Reds, and the
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallMuslim Reformers and the Bolsheviks: The Case of Daghestan by Naira E. Sahakyan (review)2026-03-20text/htmlen-USMuslim Reformers and the Bolsheviks: The Case of Daghestan by Naira E. Sahakyan (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®88172026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20An Exceptional Dialogue, 1925–1948: Nikolai Berdyaev and Jacques Maritain by Bernard Hubert (review)
https://muse.jhu.edu/article/985590
<p></p>
This book is in three parts. The first is a brilliant introductory essay by Ana Siljak on the new Christian humanism that the two thinkers Jacques Maritain and Nikolai Berdyaev developed in the early twentieth century – first in parallel and then under each other's influence, also as personal friends. Siljak is also credited as editor of the second text in the book: Bernard Hubert's essay "The Dialogue Between Nikolai Berdyaev and Jacques Maritain (1925–1948)," in a translation from French by C. Jon Delogu. The third part offers the preserved correspondence between the two philosophers, also translated from its French original by Delogu. Hubert's essay and the correspondence were previously published in French in
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallAn Exceptional Dialogue, 1925–1948: Nikolai Berdyaev and Jacques Maritain by Bernard Hubert (review)2026-03-20text/htmlen-USAn Exceptional Dialogue, 1925–1948: Nikolai Berdyaev and Jacques Maritain by Bernard Hubert (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®178792026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20After the Gulag: A History of Memory in Russia's Far North by Tyler C. Kirk (review)
https://muse.jhu.edu/article/985591
<p></p>
In the early 2010s, Nikolay Koposov identified the emergence of "memory agents" – such as states, ethnic or social groups, and religious denominations – as new players in the "expanding field of memory." He also noted that historical memory in Russia developed under strict government control.1 Sergey Toymentsev challenged Koposov's diagnosis, arguing that his contradictory data "point to a rather different logic of the collective memory dynamic, which is less monolithic and more hybrid."2 The hybrid nature of public memory is evidenced by the contested landscape of the "Stalinist repressive past," where three primary groups of memory actors operate:State-sponsored and affiliated entities, such as the "Russia – My
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallAfter the Gulag: A History of Memory in Russia's Far North by Tyler C. Kirk (review)2026-03-20text/htmlen-USAfter the Gulag: A History of Memory in Russia's Far North by Tyler C. Kirk (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®369392026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Die Perestroika, die Intelligenzija und die Geburt des weißrussischen Populismus, 1988–1997 by Anton Liavitski (review)
https://muse.jhu.edu/article/985593
<p></p>
Беларусской интеллигенции второй половины ХХ в. долго не находилось места в исторической литературе – ни в самой Беларуси, ни в среде диаспоры.1 В ХХІ в. стали появляться воспоминания участников белaруского Возрождения ("Адраджэнне") 1980–1990-х гг. и научные биографии некоторых из них (например, Владимира Некляева), однако участники политических процессов и творческая интеллигенция достаточно пассивно отнеслись к следующему логическому шагу – анализу эпохи. В современной беларуской историографии и дидактической литературе по истории эпоха 1980–1990-х гг. все еще характеризуется как "современный период". Между тем, с тех пор прошло уже три десятилетия – целое демографическое поколение, а в цикле подготовки научных
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallDie Perestroika, die Intelligenzija und die Geburt des weißrussischen Populismus, 1988–1997 by Anton Liavitski (review)2026-03-20text/htmlen-USDie Perestroika, die Intelligenzija und die Geburt des weißrussischen Populismus, 1988–1997 by Anton Liavitski (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®263732026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Legitimating Nationalism: Political Ideology in Russia's Ethnic Republics by Katie L. Stewart (review)
https://muse.jhu.edu/article/985594
<p></p>
Katie L. Stewart's book offers a refreshing and timely analysis of how nationalism and legitimation operate in Putin's Russia, with particular attention to dynamics at the regional level. Although her fieldwork was conducted between 2014 and 2016 and therefore does not take into account the impact of the full-scale Russian invasion of Ukraine, the study remains highly relevant for understanding how Russia's federal structure shapes political identity and substate nationalism today. Most scholarship on nationalism and identity in Russia has traditionally focused on ethnic Russians, but Stewart rightly emphasizes the need to examine the country as a federation where ethnic republics coexist with predominantly Russian
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallLegitimating Nationalism: Political Ideology in Russia's Ethnic Republics by Katie L. Stewart (review)2026-03-20text/htmlen-USLegitimating Nationalism: Political Ideology in Russia's Ethnic Republics by Katie L. Stewart (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®141182026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Tourism as Memory-Making: Russian Tourism in the Shadow of Empire by Alena Pfoser (review)
https://muse.jhu.edu/article/985595
<p></p>
Книга Алены Пфосер может показаться несвоевременной. На четвертом году войны туризм на постсоветском пространстве переживает, возможно, свои худшие времена, а словосочетание "российский туризм" может вызывать лишь грустную усмешку у одних и отторжение у других. И тем не менее, в момент, когда на карте бывшего СССР мы видим исключительно разломы, да и пропасть, отделяющая наше настоящее от довоенного прошлого, лишь увеличивается, выход книги о международном туризме становится напоминанием о налаживании контактов и строительстве мостов. Этот позитивный импульс можно уловить уже в самой истории исследовательского проекта Пфосер, реализация которого была поставлена под угрозу сначала эпидемией ковида, сильно
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallTourism as Memory-Making: Russian Tourism in the Shadow of Empire by Alena Pfoser (review)2026-03-20text/htmlen-USTourism as Memory-Making: Russian Tourism in the Shadow of Empire by Alena Pfoser (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®238942026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Monuments and Identities in the Caucasus: Karabagh, Nakhichevan and Azerbaijan in Contemporary Geopolitical Conflict ed. by Igor Dorfmann-Lazarev and Haroutioun Khatchadourian (review)
https://muse.jhu.edu/article/985596
<p></p>
At the very beginning of Monuments and Identities in the Cauca sus, two photographs encapsulate the book's central theme. The first, taken in 1961, shows a group of Armenian scholars standing beside the famed Julfa Cemetery (Nakhichevan), with thousands of khachkars (cross-stones) stretching out behind them. The second, taken from the Iranian side of the border in December 2005, captures the Azerbaijani military actively destroying the same cemetery. These images frame the narrative of the book, which examines the systematic erasure of Armenian monumental heritage in Nagorno-Karabakh (Artsakh), Nakhichevan, and the Republic of Azerbaijan, a process that has been ongoing since the 1990s and accelerated significantly
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallMonuments and Identities in the Caucasus: Karabagh, Nakhichevan and Azerbaijan in Contemporary Geopolitical Conflict ed. by Igor Dorfmann-Lazarev and Haroutioun Khatchadourian (review)2026-03-20text/htmlen-USMonuments and Identities in the Caucasus: Karabagh, Nakhichevan and Azerbaijan in Contemporary Geopolitical Conflict ed. by Igor Dorfmann-Lazarev and Haroutioun Khatchadourian (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®142692026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20The Unpredictable Past? Reshaping Russian, Ukrainian, and East European Studies ed. by Volodymyr Kravchenko and Marko Robert Stech (review)
https://muse.jhu.edu/article/985597
<p></p>
This book comprises thirty articles. Most of the authors are experts on Ukraine and the rest have studied other non-Russian regions of the Russian Empire/USSR. The Russian full-scale invasion of Ukraine gives scholars of Ukraine a rare opportunity to get themselves heard in the wider field of Russian and East European studies. Olena Palko quotes Andrii Portnov and Tetyana Portnova: "The word 'Ukrainian' almost automatically evokes far-right connotations and almost every text has to begin with proof of its author's 'adequacy'" (P. 195). Most scholars of Ukraine, including me, have encountered this problem.Several of the authors deconstruct the perceptions of Ukraine and Ukrainians dominant among Western scholars.
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallThe Unpredictable Past? Reshaping Russian, Ukrainian, and East European Studies ed. by Volodymyr Kravchenko and Marko Robert Stech (review)2026-03-20text/htmlen-USThe Unpredictable Past? Reshaping Russian, Ukrainian, and East European Studies ed. by Volodymyr Kravchenko and Marko Robert Stech (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®187512026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Anti-Atlas: Critical Area Studies from the East of the West ed. by Tim Beasley-Murray, Wendy Bracewell, and Michał Murawski (review)
https://muse.jhu.edu/article/985598
<p></p>
Anti-Atlas is a rather unusual and often thrilling book. It features a substantial introduction and no fewer than 45 brief contributions packed into just 350 pages. These delightfully concise contributions offer a wide-ranging series of critical reflections and playful provocations, some of which – to paraphrase the volume editors Tim Beasley-Murray, Wendy Bracewell, and Michał Murawski – may sound unserious at times but hopefully always in a subtle way.The editors – a literature scholar, a historian, and an anthropologist associated with UCL's School of Slavonic and East European Studies – describe a key goal of their anti-atlas as "to disassociate area studies from the yoke of imperial visions and claims, Cold
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallAnti-Atlas: Critical Area Studies from the East of the West ed. by Tim Beasley-Murray, Wendy Bracewell, and Michał Murawski (review)2026-03-20text/htmlen-USAnti-Atlas: Critical Area Studies from the East of the West ed. by Tim Beasley-Murray, Wendy Bracewell, and Michał Murawski (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®159192026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Letter to the Editors
https://muse.jhu.edu/article/985599
<p></p>
In 1988, Jacques Derrida published a book defending his late friend, the American deconstructionist Paul de Man, against accusations of antisemitism. During the Nazi occupation of Belgium, de Man had contributed to the Nazi-controlled journal Le Soir. In his 1941 article, he stated that "a solution of the Jewish problem that would aim at the creation of a Jewish colony isolated from Europe would not entail, for the literary life of the West, deplorable consequences."1 De Man's collaboration was only discovered four years after his death.Derrida tried to downplay the impact of the de Man affair on his own reputation and on his deconstruction. Without providing evidence, he claimed that in his pro-Nazi articles, de
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallLetter to the Editors2026-03-20text/htmlen-USLetter to the Editors2026-03-202026TWOProject MUSE®715752026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Наши авторы
https://muse.jhu.edu/article/985600
<p></p>
Жанибек АКИМБЕК, докторант, исторический факультет, Казахский национальный университет им. аль-Фараби, Алматы, Казахстан. akimbekzhanibek@gmail.comНаталья АРЛАУШКАЙТЕ, профессор, Институт международных отношений и политических наук, Вильнюсский университет, Вильнюс, Литва. natalija.arlauskaite@tspmi.vu.ltАлан БАРЕНБЕРГ, профессор, исторический факультет, Техасский технологический университет, Лаббок, Техас, США. alan.barenberg@ttu.eduЭгине БАРСЕГЯН, докторантка, Центр изучения войны, языка и памяти – MALVA, Университет Майнца им. Иоганна Гутенберга, Майнц, Германия. hbarsegh@uni-mainz.deМайкл БРИНЛИ, профессор, исторический факультет, Принстонский университет, Принстон, Нью-Джерси, США. mb0604@princeton.eduИлья
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallНаши авторы2026-03-20text/htmlen-USНаши авторы2026-03-202026TWOProject MUSE®82432026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20List of Contributors
https://muse.jhu.edu/article/985601
<p></p>
Zhanibek AKIMBEK, Doctoral Student, Department of History, Al-Farabi Kazakh National University, Almaty, Kazakhstan. akimbekzhanibek@gmail.comNatalija ARLAUSKAITĖ, Professor, Institute of International Relations and Political Science, Vilnius University, Vilnius, Lithuania. natalija.arlauskaite@tspmi.vu.ltAlan BARENBERG, Associate Professor, Department of History, Texas Tech University, Lubbock, TX, USA. alan.barenberg@ttu.eduHeghine BARSEGHYAN, Doctoral Student, Center for the Study of War, Language, and Memory – MALVA, Johannes Gutenberg University of Mainz, Germany. hbarsegh@uni-mainz.deMichael BRINLEY, Assistant Professor, History Department, Princeton University, Princeton, NJ, USA.
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallList of Contributors2026-03-20text/htmlen-USList of Contributors2026-03-202026TWOProject MUSE®60852026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20In Visible Presence: Soviet Afterlives in Family Photos by Oksana Sarkisova and Olga Shevchenko (review)
https://muse.jhu.edu/article/985602
<p></p>
The subtitle of the book, Soviet Afterlives in Family Photos, is deliberately plural. Not only because memory is inherently plural but also because the Soviet era, as it emerged in interviews with Russian residents reflecting on their family photo archives, conducted by Oksana Sarkisova and Olga Shevchenko in 2006–2019, was once again invoked by the Russian state to justify its actions – the full-scale invasion of Ukraine – and thus rewritten once again. The authors of the book, in the preface dated March–May 2022, rightly point out that family photo archives, and the often contradictory memories of the past associated with them, which invariably reflect the private and political context, will undoubtedly give rise
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallIn Visible Presence: Soviet Afterlives in Family Photos by Oksana Sarkisova and Olga Shevchenko (review)2026-03-20text/htmlen-USIn Visible Presence: Soviet Afterlives in Family Photos by Oksana Sarkisova and Olga Shevchenko (review)2026-03-202026TWOProject MUSE®304372026-05-15T00:00:00-05:002026-03-20Pluricentric, Multiple, Minor: Russian Cultures and Culture at Large
https://muse.jhu.edu/article/987117
<p></p>
How many people today live in a language that is not their own? Or no longer, or not yet, even know their own and know poorly the major language that they are forced to serve?This essay is a revised version of remarks delivered at the Roundtable "Toward the Studies of World Russian Languages, Literatures, and Histories: A Vision of Our Field After the Decolonial Turn," organized by the editors of Ab Imperio at the 2025 Association for Slavic, East European, and Eurasian Studies (ASEEES) convention. Yet the story I will tell here, that of the unfolding of my own scholarly work around these topics, begins before the "decolonial turn" that has swept our disciplines in recent years, propelled by the Russian full-scale
... <a href="https://muse.jhu.edu/article/987117">Read More</a>
Project MUSE®https://muse.jhu.edu/2026-05-15T00:00:00-05:00https://muse.jhu.edu/journal/573/image/coversmallPluricentric, Multiple, Minor: Russian Cultures and Culture at Large2026-03-26text/htmlen-USPluricentric, Multiple, Minor: Russian Cultures and Culture at Large2026-03-262026TWOProject MUSE®381802026-05-15T00:00:00-05:002026-03-26