In lieu of an abstract, here is a brief excerpt of the content:

616 Рецензии/Reviews порировался в общероссийское правовое пространство раньше, чем другие части Украины, и, соответственно, мог иметь вы- борные земства и выборных миро- вых судей тогда, когда во многих странах мира (в том числе и в Японии) подобная система еще не существовала. Николай БУХАРИН Włodzimierz Marciniak. Rozgrabione imperium upadek Związku Sowieckiego i powstanie Federacji Rosyjskiej. Kraków: Arkana, 2001. 589 s. Польский политолог Влодзи- меж Марчиняк – один из наибо- лее талантливых представителей нового поколения зарубежных ученых, изучающих современную Россию. Хотя название книги носит (скорее всего, по коммер- ческим причинам) несколько публицистический оттенок, на са- мом деле это серьезное, глубокое научное исследование. В тексте отсутствуют какие- либо идеологические схемы и по- литические спекуляции. Несмотря на то, что в монографии широко представлены сформулированные нередко по горячим следам собы- тий взгляды и оценки российских экспертов–политологов,экономи- стов, социологов и философов, это отнюдьнеозначает,чтоавторизбе- гает давать собственных оценок и нетривиальных выводов. Их очень много, и авторская концепция про- сматривается совершенно четко. За ней стоят как собственные на- блюдения за российской действи- тельностьюианалитическиеразра- ботки (В. Марчиняк в 1992-1997 гг. занималпостсоветникапосольства Польши в РФ), так и высокий ме- тодологическийуровеньавторакак политолога. Его оценки и выводы носят объективный и взвешенный, а временами и осторожный харак- тер. Однако это не значит, что со всеми суждениями автора следует соглашаться. Заявленная хронология моно- графии охватывает период от начала реформ М. С. Горбачева до событий 3-4 октября 1993 г. в Москве (на деле она значительно шире). Основной упор делается на 1991-1993 годы, то есть на переломный этап трансформации Советского Союза в Российскую Федерацию. Автор, определяя позднюю советскую политиче- скую систему как “советскую де- мократию”, а раннюю российскую как “посткоммунистическую” или “постсоветскую”, считает, что “вместе с кризисом постсоветской демократии и введением квазиде- 617 Ab Imperio, 2/2002 мократического режима Ельцина закончился распад Советского Союза и начался процесс форми- рования нового государства” (с. 10). Падение СССР он сравнивает с крахом восточных деспотий – разворовыванием сатрапии са- мими сатрапами, когда власть и собственность были подчинены персональным экономическим интересам, а не нормам обще- ственной рациональности. Монография состоит из пре- дисловия, введения, фактически являющегося по своему объему и заложенным в него идеям са- мостоятельной главой, а также пяти собственно глав; пятая несет функцию заключения. В носящем концептуальный характер введе- нии рассматриваются узловые для авторской трактовки проблемы: феномен, генезис и структура “царской и советской империи”. Особо освещаются позиция ин- теллигенции на финише совет- ской эпохи и в раннероссийский период, складывание “бюрократи- ческого рынка”, регионализация советского пространства. Со- держащиеся в этой части книги тезисы получают обстоятельное раскрытие в основных главах. Сразу укажем на основопола- гающий тезис варшавского поли- толога гласящий, что большевики при создании СССР “отказались от концепции гражданских нацио- нальных государств и стремились к сохранению деспотических от- ношений имперского доминиро- вания” (с. 28). Новая федерация базировалась не на суверенитете образовавших ее государств, но на автономии народов. Автор при- держивается той точки зрения, что принципиальная разница между советской и другими империями (как восточными, так и западны- ми) состояла в том, что ее центром являлась не какая-либо нацио- нальная территория или город, а секта “настоящих интернацио- налистов”, целью которой было создание утопической Мировой Советской Социалистической Республики и объединение всех народов в единое целое. Рассма- тривая структуру Советского Со- юза, автор полагает, что центром геополитического пространства в нем была надтерриториальная организация коммунистической партии. “Внутренним кругом” империи являлась РСФСР (без права автономии и собственной коммунистической партии), “вто- рой круг” образовывали союзные республики, третий – мировая со- циалистическая система, четвер- тый – страны социалистической ориентации, пятый – междуна- родное рабочее движение, комму- нистические партии (с. 31). Распад Советского Союза вы- звали, по мнению автора, множе- ственные причины: разложение экономики, национально-освобо- 618 Рецензии/Reviews дительное движение, ошибки в по- литике правительства, партийные интриги и др. (с. 45). Ключевую роль сыграл также российский на- ционализм. Российские демократы перехватили “националистиче- ские” лозунги, а идея суверенитета России привела их к власти. Соз- дание КП РСФСР способствовало ликвидации империи. Формирование номенклатуры союзных республик по этниче- скому принципу завершилось возникновением “этнократии”, которая после ослабления цен- тральной власти начала борьбу за завоевание реальной власти на местах. Ряд тезисов В.Марчиняка о “порабощенных народах”, стремление которых к независи- мости якобы привело к распаду Советского Союза, об их нацио- нально-освободительном движе- нии, об “отделении республик как бегстве граждан из деспотической империи” не нашел раскрытия в книге. Видимо, о зачатках на- ционально-освободительного движения можно говорить лишь в отношении Литвы, Латвиии Эстонии. Даже их выход из соста- ва СССР не привел бы к распаду всей империи. Остальные союз- ные республики не стремились к выходу из СССР. Вынужденным распад Советского Союза и созда- ние независимых национальных государств сделал ряд политиче- ских обстоятельств. К тому же Б. Н. Ельцин и его окружение сознательно стреми- лись к избавлению от азиатского и закавказского балласта, считая, что это позволит России быстро войти в Европу. Даже в балтий- ских республиках, не говоря об остальных, у власти осталась коммунистическая номенклатура. Советский Союз перестал суще- ствовать вопреки воле народов большинства союзных республик. По мнению автора, реальный конец “империи коммунистиче- ской партии” наступил не тогда, когда распался СССР, а когда со- стоялись выборы 1989 г. и была аннулирована 6-ая статья Со- ветской Конституции о руково- дящей роли коммунистической партии: “Горбачев ослабил инте- грирующую роль этой партии, но коммунистические реформаторы тогда не были в состоянии создать новую политическую силу, на которую можно было бы опереть конструкцию империи, и выбрали путь оживления советских струк- тур власти. Однако это привело в действие механизм распада” (с. 40). Вряд ли можно согласиться с мнением Марчиняка, утвержда- ющего, что “коммунистическая система постепенно становилась все более мягкой, но никогда не теряла своей тоталитарной природы” (с. 53). Вне всякого сомнения, в период перестройки эта природа менялась, система 619 Ab Imperio, 2/2002 “партии-государства” постепенно демонтировалась, центр власти перемещался в государственные структуры, возник советский парламентаризм, а партия превра- щалась в политический институт. Автор считает, что распад СССР приобрел форму региона- лизации (понимаемой как процесс суверенизации региональных структур советского простран- ства), в ходе которой произошла автономизация и других, функ- циональных компонентов госу- дарства. В первой главе “Распад империи” автор анализирует экономические и политические реформы Горбачева, фиаско чрез- вычайного положения и создание коалиции демократов и комму- нистических реформаторов, лик- видацию советского государства. По мнению автора, непоследо- вательные и половинчатые эко- номические реформы Горбачева привелилишькдезорганизацииад- министративных методов управле- ния, к хаосу в экономике и оконча- тельномуослаблениюдисциплины номенклатуры. Идеологическим проявлением противоречивости экономических акций Горбачева был раскол компартии на “консер- ваторов” и “реформаторов”. Относительно много внимания автор уделяет демократическому движению в России, констатируя прежде всего следующее: его специфика состояла в том, что оно не приобрело формы сплоченной организационно-политической структуры. Выделяя проблему создания ГКЧП, которое привело к полному замешательству среди коммунистов и ускорило процесс деструкции правящего слоя, он делает вывод, что КПСС окончила свое существование добровольно, без какого-либо сопротивления. Демократы сознательно стре- мились к компромиссу с преды- дущей элитой для обеспечения мирного эволюционного враста- ния в новую систему. Проект “де- мокоммунистов” предусматривал постепенный переход к рыноч- ной экономике. Основной целью либерального проекта было не допустить реставрации прежней системы путем быстрого создания “критической массы” реформ. Анализируя феномен Ельци- на, В. Марчиняк считает, что его президентство было внутренне противоречивым: он был одно- временно “патроном различных групп номенклатуры и символом реформ”, гарантом модернизации и приватизации (с. 169). Вторая глава, “Политический конфликт интересов”, посвящена этому явлению в процессе мо- дернизации бюрократического рынка. В ней рассматриваются реформы Е. Гайдара, “конфликт вокруг инфляции” и дальнейшая политическая эволюция режима. Важнейший вывод: легкость, с 620 Рецензии/Reviews которой произошли ликвидация компартии и распад СССР, связа- ны с тем, что эти перемены при- несли “колоссальную выгоду для бюрократии”. Она получила не только новые возможности для своей деятельности, но и демо- кратическую легитимацию своего привилегированного положения. В. Марчиняк указывает на конфликт интересов двух больших групп, возникший после падения советского режима. Первая, в которую входили торговый капи- тал, быстро развивавшаяся сфера услуг, сырьевая промышленность, связанная с этими сегментами эко- номики часть банковского сектора, была заинтересована в ускорении экономической трансформации России. Вторую группу образо- вали директора промышленных и сельскохозяйственных предпри- ятий. Отказ от гонки вооружений, открытие внутреннего рынка и ограничение помощи государства вызвали недовольство большин- ства директоров, связанной с ними части бюрократии и местных властей. Борьба между этими группами шла вокруг инфляции и приватизации (с. 210-211). Верховный Совет России, кон- статирует Марчиняк, постепенно превращался в центр объединения оппозиции против реформатор- ской политики президента и пра- вительства. Развивался конститу- ционный кризис, причина которо- го состояла в том, что разделение компетенций между Съездом, Верховным Советом, Президен- том и Советом министров не было четко определено. Верховный Совет был мощной организаци- онной структурой, реализовавшей собственную социально-экономи- ческую и внешнюю политику. По мнению автора, конфликт между Президентом и Верховным Сове- том был конфликтом не между ис- полнительной и законодательной ветвями власти, а между двумя центрами власти (с. 273). В третьей главе “Перемены в отношениях собственности” В. Марчиняк детально описывает и анализирует процесс приватиза- ции в Советском Союзе и России в конце 80-х – начале 90-х годов. В этот широко трактуемый про- цесс он включает и поочередно рассматривает “комсомольское предпринимательство”, коопера- тивы, теневую экономику, транс- формацию министерств в кон- церны, возникновение бирж и первых акционерных обществ, приватизацию силовых структур, СМИ, холдинговую приватизацию и развитие банковского сектора. Сложившуюся в России в ходе приватизации 90-х годов эконо- мическую систему автор именует номенклатурным, или бюрократи- ческим, капитализмом. Возникно- вение олигархии, по его мнению, было свидетельством того, что в 621 Ab Imperio, 2/2002 России не сформировалась откры- тая рыночная экономика – всего лишь эволюционировал совет- ский административный рынок. В центре авторского анализа в четвертой главе “Падение авгу- стовской республики” – форми- рование президентской власти, конституционный кризис, декрет № 1400, ликвидация Советской России. Как считает ученый, в 1991-1993 гг. созданное в РФ го- сударственное здание не было до- строено, состояло из нескольких функционировавших по разным принципам блоков, не подчинен- ных единой логике. Он рассма- тривает политический кризис дво- евластия и как кризис “клановой системы”, и как конфликт боль- ших групп интересов. Конфликт между объединенной вокруг структур исполнительной власти частью номенклатуры и другой ее частью, эксплуатировавшей ресурсы советской демократии, препятствовал формированию нового поля политики. В заключительной главе “От ‘советской демократии’ к ‘силь- ному президентству’” автор рас- суждает о парламентской и пре- зидентской системах власти в России. Словосочетание “совет- ский парламентаризм” он ставит в кавычки и называет его “необы- чайно ограниченным”, поскольку советские органы представи- тельной власти на деле являлись своеобразными органами законо- дательной власти, соединяющими функции обеих ветвей (с. 562). Что касается института прези- дента, то, как считает автор иссле- дования, “‘сильное’ российское президентство формировалось в результате ослабления других органов государственной власти и перехвата их полномочий” (с. 554). Его проблема состояла не в том, что оно было “сильным” или “слишком сильным”, а в том, что оно не было достаточно сформи- рованным. Монография польского учено- го – существенный вклад в осмыс- ление общественно-политических и экономических процессов в СССР и России в переломный пе- риод конца 80-х – начала 90-х го- дов. Круг ее читателей с большой пользой расширил бы перевод на русский и английский языки. Самсон МАДИЕВСКИЙ Г. В. Костырченко. Тайная по- литика Сталина: власть и антисе- митизм. Москва: Международные отношения, 2001. 784 с. Уже предшествовавшая книга автора – “В плену у красного ...

pdf

Additional Information

ISSN
2164-9731
Print ISSN
2166-4072
Pages
pp. 616-621
Launched on MUSE
2015-10-07
Open Access
No
Back To Top

This website uses cookies to ensure you get the best experience on our website. Without cookies your experience may not be seamless.